Твердые активы в эпоху отрицательных процентных ставок

твердые активы

Время — душа денег, их бессмертие в долгосрочном вложении. Физические активы вечны, даже когда их разрушают перипетии истории. Именно такое мировоззрение помогло сохранить самые авторитетные и могущественные аристократии в континентальной Европы, провело их через Первую мировую войну, а в отдельных наиболее выдающихся случаях, даже дальше. Именно на таком менталитете держится самая серьезная в финансовом плане демократическая республика в западном мире, Швейцария (как демонстрируется в этой статье). Согласно этому мнению, рациональный подход к деньгам, ранее известный как «банковская деятельность», — это важный вопрос серьезного управления активами, а совсем не научный эксперимент в отношении инвестиционных продуктов, предназначенных, прежде всего, для руководителей хедж-фондов и создания схем «налогового арбитража».

Повышенное, как никогда внимание к физическим активам — это страшный призыв к оружию, учитывая искаженную рыночную культуру денежной магии центральных банков. Несмотря на первое обещание Трампа (Donald Trump) в роли президента укрепить экономику, Соединенные Штаты завязли в экономической стагнации, ставшей результатом многолетней долговой политики, «дешевых» денег и провала политики нулевой процентной ставки. В итоге в мире сложилась весьма странная ситуация, когда экономические дела обстоят не самым лучшим образом, а рынок при этом растет небывалыми темпами. В таких условиях искушение воспользоваться проверенными веками методами высоко, как никогда.

Одним словом, концепция физических активов заключается в создании материальных благ вне фондового рынка. Выделяют всего три основных стратегии: 1) землевладение и/или фермерство, лесоводство и сельское хозяйство; 2) золото, другие драгоценные и некоторые цветные металлы; 3) рынок предметов искусства (полотна старых мастеров (до XVIII в)/классический модерн). Что касается последнего пункта, то здесь имеется в виду искусство как инвестиция, а не коммерция, царящая сегодня в безвкусном и неоправданно дорогом мире дешевого творчества «собачек из воздушных шаров». Публичные продажи Рембрандта (Rembrandt) и Пикассо (Picasso), Эль Греко (El Greco) и Герхарда Рихтера (Gerhardt Richter) находятся на подъеме, бьют все рекорды. Такие аукционы нельзя игнорировать, ведь это превосходное инвестиционное убежище, каким всегда были выдающиеся произведения искусства.

Начнем с того, что вопреки своему лидерству на рынке в течение последних 17 лет физическое золото и драгметаллы остаются инвестиционной загадкой. Золото обязательно должно входить в портфель активов, несмотря на высокие уровни задолженности и порчу монет, так подорвавшую рынок. Серебро, в свою очередь, помимо своего престижного статуса широко применяется в промышленности и находится в бычьем рынке с 2000 года.

В этой связи Россия не останавливается на достигнутом и работает на перспективу. Последние три года Банк РФ занимал первое место в мире по запасам золота, и к настоящему времени лидирует среди центральных банков других стран в приобретении драгоценных металлов. Продолжая такими темпами, к первому кварталу 2018 г Москва обойдет Китай в рейтинге стран по объему золотых резервов. На сегодняшний день соотношение золота к ВВП у ведущих мировых держав выглядит следующим образом: Россия — 5.6%, Еврозона — 3.6%, США — 1.8% и Китай — 1.5%.

И все же страны, скупающие золото в противоположность инвесторам, — два разных мира. 95% всего мирового золота хранятся в резервах.

Среди других металлов больше всего ценятся цинк и медь. Цинк, главный гальванизирующий материал, в прошлом году претендовал на статус лучшего технического метала. Возрождение меди началось в 2017 г, а в конце августа ряд цветных металлов вырвался из многомесячных моделей консолидации. Никель и кобальт также оказались в центре внимания, будучи востребованными в быстро растущем секторе производства литий-ионных (Li-ion) аккумуляторов.

Мир искусства не сильно отстает от рынка драгоценных металлов, если рассматривать его как надежное средство сбережений, проверенное веками. Еще со времен Классического Средневековья европейская элита выбирала искусство в качестве вложения средств, мода до сих пор не изменилась. В наше время феномен постоянно растущей коллекционной базы и редкие предложения произведений музейного уровня считается эффективным способ защиты наличных средств инвесторов во время экономических трудностей. Несмотря на то, что в СМИ их постоянно затмевает более нахальный рынок современного искусства, последние десять лет старые мастера (и классический модерн — великие произведения XX века) демонстрируют стабильные, зачастую впечатляющие результаты в обеих категориях, достигая рекордных высот.

Чтобы искусство стало надежным средством сбережений, его необходимо воспринимать как инвестицию, оно не должно быть прихотью, как это случилось в семье Лихтенштейнов (Leichtenstein), которой много столетий принадлежал «Портрет Джиневры де Бенчи» (Ginevra de Benci) Леонардо да Винчи (Leonardo da Vinci). После Второй мировой войны одноименное княжество находилось на грани банкротства (страна никогда не жила за счет налогов), и картина стала первым в XX в, проданным за большие деньги, произведением искусства. В роли покупателя выступил Пол Меллон (Paul Mellon) и Национальная галерея искусств в Вашингтоне. «Джиневра» выставляется там по сей день (и до сих пор это единственная работа да Винчи, принадлежащая США). И если среднему инвестору может оказаться не по силам владеть полотном эпохи Ренессанса или картиной Пикассо (Pablo Picasso), на рынке всегда найдутся недооцененные жемчужины или новые открытия, которые в будущем могут и обязательно станут источником самой неожиданной прибыли для их владельца.

И наконец многие рассматривают фермерское хозяйство как отличное дополнение к портфелю с драгоценными металлами. Как предсказывал в начале сентября Джим Роджерс (Jim Rogers), состояние можно нажить на сельском хозяйстве, «и когда промышленность полностью отступит от своих взглядов, даже среднестатистический человек сможет заработать немало денег» в этом секторе. Инвесторы в физические активы продолжают включать в свои портфели фермерские угодья, «сочетая тем самым формирование доходов, разнообразие активов и защиту от инфляции». С исторической точки зрения, фермерские земли, как, например, лесные массивы в Европе и Латинской Америке, всегда были уникальным классом активов, мало зависящим от традиционных активов и прекрасно зарекомендовавшим себя во время роста инфляции.

Запасы наличности, земля в качестве денег, бесконечные применения природных ресурсов в промышленности, а также престиж, приватность и долговременная ценность красивого искусства — вот прогноз философии физических активов. Сегодня этот культ независимых в своих суждениях инвесторов будет смеяться всю дорогу до банка, избегая уже проложенных путей, так ужасно обезображенных этими самыми банками.

аватар

Кристофф-Кураповна, Марша

Christoff-Kurapovna, Marcia

Автор Института Мизеса, публицист.

Все статьи автора       Сайт автора

Комментарии 1

Добавить комментарий

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

yuriy888 17.10.2017 в 12:30
Всем привет! Умеют авторы писать не о чем.