Даг Кейси о Бене Бернанке: «Бойтесь, очень бойтесь»

Интервью Дага Кейси с Луи Джеймсом опубликовано 8 декабря.

Л: Даг, перед тем, как перейти к сегодняшней теме, мне кажется, нашим читателям могут быть интересны новости о ситуации с Wikileaks. Корпорации, которые пытаются помешать деятельности Wikileaks, стали мишенями операции «Ответный удар». В статье на сайте газеты Guardian говорится, что сайт MasterCard не работает, серьезно нарушена работа Post Finance, также ведется атака на PayPal.  Блогер-феминистка Наоми Вулф (Naomi Wolf) опубликовала по этому поводу отличный пост - «Джулиан Ассанж (Julian Assange) схвачен мировой полицией нравов» - который привлек массу внимания. И, конечно, в ответ на закрытие сайта быстро появилось множество зеркал. Эта сага далека от завершения, и я уверен, мы еще не раз к ней вернемся.

Перейдем к сегодняшней теме. Спасибо за ссылку на «историческое» интервью с Беном Бернанке (Ben Bernanke) (от 05.12.10. – Ред.). Поразительно слышать от человека, который не предвидел кризис 2008 года, что он на «100% уверен» в своей способности контролировать экономику США. Как думаешь, это спесь или глупость? 

Даг: Как отметили в «60 минутах», председатель Феда редко дает интервью; это было лишь второе интервью с ним – вот ссылка на первое. Это настолько необычно, что я думаю, это признак, серьезной обеспокоенности Власть Имущих. Так и должно быть. Предыдущее интервью имело место в разгар кризиса в начале 2009 года.

Л: Сам Бернанке выглядел взволнованным. На самом деле я был поражен, насколько сильно он нервничал и волновался. Он запинался, губы дрожали, на протяжении всего интервью на лбу пульсировала вена. Он выглядел так, как будто явно врет, и при этом сам сомневается, что ему кто-то поверит, но у него нет выбора, кроме как врать дальше. Практически карикатура на лжеца, которого поймали с поличным. Ужасно, что Сильные мира сего позволяют транслировать такое интервью – как по мне, так оно вряд ли способно кого-то успокоить.

Даг: Я знаю. Было бы интересно пропустить это интервью через детектор лжи с анализом голоса и посмотреть на результат. Вопрос в том, дурак он или плут – но американской экономике не поможет ни один из этих ответов. С ним было бы очень интересно сыграть в покер…

Л: [Смеется]

Даг: Он не опытный или фанатичный лжец, но определенно набирается опыта во вранье, что, конечно, является нормой для председателя Феда. Но вообще-то интервью действительно очень интересное, потому что в нем есть моменты, когда он выглядит на самом деле испуганным и тем самым предупреждает людей: когда он подчеркнул, насколько близка к пропасти была экономика, и какой проблемной она остается сейчас.

Л: Ну, именно по этой причине он и дал интервью. Он говорит, что критики его последнего вливания $600 млрд в экономику не осознают, насколько серьезна ситуации и высок уровень безработицы.

Даг: Конечно, а что еще он мог сказать. Видишь ли, я считаю, что «делать что-нибудь» - ошибочно, если это основано на неправильной экономике. Все, что они делают, - не только неправильно, это полная противоположность правильным мерам.

Л: Так ты веришь в то, что Бернанке на самом деле лгал? Или он просто очень нервничал, потому что он чувствует себя в центре событий и знает, что если «Титаник» не затонул сразу же после того, как напоролся на айсберг, то это не значит, что опасность миновала?

Даг: Возможно, он сейчас как Гитлер в бункере, который испытывал серьезнейший стресс и действительно не лгал, когда утверждал, что Третий Рейх все еще мог выиграть войну. На самом деле, я жду не дождусь, когда кто-нибудь сделает пародию в духе «Гитлер в бункере» после этого интервью.

Л: Не удивлюсь, если завтра что-то подобное появится на YouTube

Даг: На самом деле, кто-то уже сделал одну из пародий в таком духе о манипуляциях на рынке серебра – в которые, кстати, я не верю. Но там упоминается наш редут в La Estancia de Cafayate. Там очень богатый и красочный язык, который некоторым не нравится, но это очень смешно.

Л: Внимание, читатели: это видео не для всей семьи. Итак, вернемся к нашим баранам, давай посмотрим, что он сказал. Первое и главное, на что я обратил внимание, - это его слова о том, что Фед «не печатает деньги», и что действия ФРС не оказывают значительного влияния на денежную базу. Как он может допускать, что вливание ликвидности в экономику никак не скажется на денежной базе?

Даг: Думаю, он не настолько глуп. Ведь Фед занимается скупкой ценных бумаг, кредитуя счет продавца долларами. Конечно, таким образом он создает деньги. Вот почему это называется «количественным смягчением» - потому что в процессе увеличивается количество единиц Федерального резерва в обращении. Мне так нравится этот термин, это «КС», потому что он такой же цинично-мошеннический, как и вся денежная система. Удивительно, что никто его даже не оспаривает. Все просто принимают его в качестве замены печатанию денег. Все как у Оруэлла.

В любом случае, с их точки зрения, увеличение количества валютных единиц путем скупки правительственных облигаций преследует несколько целей. Это увеличивает стоимость облигаций и, соответственно, снижает процентные ставки – а им нужны низкие ставки, потому что так проще финансировать огромный долг, угрожающий обрушить всю систему. Еще им нужно больше валютных единиц, потому что благодаря этому люди чувствуют себя богаче, потребляют больше, и это поддерживает заданные экономические условия – которые, по сути, неприемлемы. Крах вынудил их выкупить у банков токсичные бумаги на время, чтобы не дать им разориться. Теперь они снова скупают облигации Минфина, выделив на это $600 млрд.


Бернанке предпринимает отчаянные попытки решить наболевший вопрос. Но их последствия будут катастрофическими – гораздо, гораздо более разрушительными, как если бы он вообще ничего не делал. Конечно, если бы он ничего не делал, система бы рухнула из-за дефляции: по облигациям объявили бы дефолт, банки закрылись бы. Теперь же, если рухнет сама валюта, все будет гораздо хуже. Но так как это пока откладывается на некоторое время в будущее, именно этого он и добивается.  

Л: Точно. Несмотря на заверения Бернанке, неважно, как продавцы ценных бумаг распорядятся  новыми долларами, появившимися у них на счетах – даже если они оставят их на депозите в Феде, ведь Фед платит проценты за избыточные резервы – у продавцов все равно освобождаются средства, которые они могут использовать для других целей. А из-за системы частичных резервов  добавочную ликвидность многократно возрастает. Бернанке говорит, что он всего лишь сохраняет низкие ставки, чтобы стимулировать экономику, но он делает это, лишь увеличивая денежную базу.

Даг: Точно. Кончились времена, когда для печатания новых долларовых банкнот нужно было срезать верхушки деревьев. Сейчас это делается одним нажатием на клавишу. Но игры с объемом валюты не создают нового благосостояния – на самом деле, они только еще больше усложняют создание капитала.

Итак, с усложнением ситуации в ближайшие месяцы и годы можно ожидать еще более ситуативных мер со стороны правительства. Возможно, они попытаются контролировать капитал, запретить народу выводить деньги за пределы США. Эти меры будут популярны, потому что этим будут заниматься только «не патриоты», а также богатые люди – а сейчас настало время расплаты для богачей. Вероятно, они потребуют, чтобы все пенсионные фонды выкупили определенное количество правительственных облигаций. Они введут ограничения на сумму расходов во время отпуска за границей. Вероятно, они даже попытаются контролировать цены, как Никсон (Nixon) в начале 1970-х. Они будут все больше ограничивать операции с наличными – подобно новому требованию, докладывать в своих налоговых декларациях обо всех видах операций на сумму свыше $600 – потому что цифровые деньги гораздо проще контролировать. Будут созданы новые правительственные бюрократические органы, которые будут заниматься всеми этими и многими другими вещами.

Л: Страшно как. Значит ли что-то фраза Бернанке о том, что эти $600 поступают из «собственных резервов» Феда? Откуда берутся резервы Феда, если не из электронных долларов, только что созданных одним нажатием клавиши на компьютере?

Даг: Ничего не значит. Я думаю, он пытается подчеркнуть, что деньги берутся не из налоговых поступлений напрямую. Федеральный резерв – это ошибочный термин. Нет никакого резерва, как в те времена, когда доллар обеспечивался золотом из Форт-Нокса. Теперь доллар не обеспечивается ничем, так что нечего и резервировать – они создают столько долларов, сколько хотят, как записи в бухгалтерской книге, которые они используют, чтобы платить банкам и всем остальным, кто направляет их на выплаты всем прочим, и так далее.

Это не «резерв», и он не «федеральный». Хотя Фед создан правительством, он не является его частью, если выражаться техническим языком. В действительности его контролируют крупные банки, которым, в первую очередь, выгодна система «фракционного резервирования». В прошлом, когда банки были просто обычными компаниями, которые хранили деньги и выступали в качестве посредников при займах, выдававшихся за счет сбережений, система частичного резервирования считалась мошеннической практикой, которая в итоге приводила к банкротству, а впоследствии и к уголовным обвинениям. Создание центральных банков вроде Феда сделало эту практику стандартом; в итоге долг стал формой денег. Я не буду здесь объяснять этот предмет подробно; я уже сделал это в своих книгах. Но сейчас мы видим неизбежное последствие такой системы, то есть финансовый катаклизм. Бернанке пытается предотвратить неизбежное, и в процессе делает только хуже. Как совершенно точно отмечал Людовик XV: «После нас хоть потоп».

Л: Действительно, потоп какой-то. На любом графике движения денежной базы М2 можно увидеть неконтролируемые последствия их действий.

Анча Кейси (Ancha Casey) [жена Дага]: [неразборчиво]

Л: Привет, Анча – я не понял, что ты говоришь.

Ancha: Привет, Лобо. Увеличение денежной базы разрушает покупательную способность. Сегодня цена одного песо в Аргентине составляет одну триллионную – буквально – от того, сколько он стоил в начале 20-го века.

Даг: Да. Это действительно непрямое налогообложение: создается больше долларов, и они размывают покупательную способность уже существующих долларов – хотя это называется инфляцией. Сначала организации и люди, их получающие, могут потратить их в соответствии с их первоначальной стоимостью. И, конечно же, правительство – которое не является страной людей, а группой со своими собственными особенностями и интересами – может потратить сколько хочет на что хочет. А теперь их количество превращается в триллионы. Обаме (Obama) скоро придется спрашивать своего научного советника, что там дальше после «триллиона». Это полный фарс.

Л: Инфляция – это налогообложение посредством размывания. Но большинство современных экономистов не считают инфляцию результатом чрезмерного включения печатного станка, так что неважно, то ли Бернанке лжет, то ли действительно не осознает опасности своих действий, лучше от этого не становится.

Даг: Это так. Большинство экономистов обвиняют в инфляции мясника, пекаря или свечника, которые поднимают свои цены в результате потери покупательной способности валюты. Они приписывают инфляцию «жадности» производителей и работников.

Проблема состоит в абсолютной ошибочности базовой экономической теории. Почти все «экономисты», которые сегодня выпускаются из экономических школ – на самом деле, никакие не экономисты. Но эти люди – и отличным примером является Бернанке – не заинтересованы в описании того, как все устроено. Вместо этого они хотят придумывать, как они хотели бы, чтобы все работало, а потом с помощью государства навязывать свои взгляды обществу. Государство, конечно, приветствует такие рекомендации, когда они служат его целям.

У Бернанке высокий IQ, но он попросту неинтересный и неоригинальный тип. Он вырос в условиях господствующей ортодоксии, получил свою докторскую степень при ней, преподавал ее же и получил награду в виде управления крупнейшим мировым центральным банком. Но он не экономист. Он политический апологет. И, я подозреваю, сейчас он очень растерян и напуган. Возможно, он способен понять, что нелепые теории, в которые он верил, еще более фальшивые, чем банкнота Федерального резерва. Но он не осмеливается это признать.

Л: Может быть, стоит купить одно из тысяч зеркал в доме Мугабе (Mugabe) в Зимбабве и послать их в подарок Бернанке. Чтобы он посмотрел на себя и, возможно, увидел источник всех проблем…

Даг: Это не поможет. Наша основная проблема – это нездоровая денежная система, и никакая возня не заставит ее работать хорошо через время. Для всех необеспеченных валют возможны два варианта. Первый – печатать деньги, чтобы поддержать систему, чем и занимается Бернанке. Второй – прекратить печатать деньги, из-за чего банкротятся банки, страховые компании и различные корпорации – повергая экономику в катастрофическую дефляцию. Последний вариант лучше, как ни печально.

В данный момент не существует безболезненного выхода. Бернанке оказался между Сциллой дефляции, которая ликвидирует неэффективную составляющую экономики, и Харибдой инфляции. Он выбрал Харибду – водоворот – который в итоге развалит всю экономику.

Л: В своем интервью Бернанке подчеркнул, что Феду пришлось принимать меры из-за серьезной угрозы дефляции, которая в свое время привела к Великой депрессии.

Даг: Бернанке боится дефляции, потому что на этой стадии она будет особенно резкой и мгновенной. В экономике свободного рынка инфляция и дефляции не составляют реальной проблемы, потому что в качестве денег используется золото, и каждый год его предложение обычно увеличивается весьма слабо, и почти никогда не снижается. Но на самом деле дефляция – это хорошо. Дефляция может привести к смене владельца благосостояния, как и любые перемены, но дефляция не разрушает капитал, как инфляция. И дефляция может принести очень большую пользу, потому что когда со временем стоимость доллара увеличивается, люди начинают откладывать – а одной из серьезных проблем сейчас является отсутствие сбережений. Люди не делают сбережений, потому что сегодня искусственно заниженные ставки ниже реального уровня инфляции – конечно, никто не захочет ничего откладывать. Но единственный способ разбогатеть – это производить больше, чем ты потребляешь, и откладывать разницу. Банки не могут выдавать займы, если сначала не получат вклады. Поэтому дефляция – очень важный позитивный стимул для сбережений.

Л: Бернанке говорит, что падение цен приведет к снижению зарплат, что в итоге приведет к повсеместному экономическому спаду.

Даг: Это старинное заблуждение. Если упадут все цены, включая стоимость рабочей силы, то снизится и прожиточный минимум, но это все совсем не плохо. Чтобы люди пострадали, стоимость рабочей силы должна снижаться быстрее цен на продукты питания, аренду и т.д., но совершенно не факт, что автоматически так и будет. Если мяснику не нужно много тратить на хлеб, возможно, и ему не нужно так много брать с пекаря – и оба смогу откладывать немного больше на новые товары свечника. Или инвестировать, или создавать новое дело и нанимать больше людей – что в итоге может привести к росту зарплат.

Л: Зарплаты могут зависеть от инфляции или дефляции, но в действительности не эти процессы их устанавливают. На самом деле на зарплаты влияет производительность; какую ценность создает работник, и на что он или она может обменять эту ценность.

Даг: Именно так. А увеличение производительности труда происходит за счет создания капитала – который появляется благодаря сбережениям и инвестиции. Это все к тому, что невозможно создать богатство, печатая деньги. Это просто разрушает благосостояние и искажает экономику.

Л: Трудно поверить в то, что Бернанке не может понять такую элементарную вещь.

Даг: Ну, в данный момент вся система настолько ненадежна, что действия Бернанке можно точно охарактеризовать как «панические». В интервью он несколько раз говорит, что ему пришлось принимать меры – «агрессивно» и «предусмотрительно» - чтобы спасти систему. Но невозможно спасти систему, построенную на зыбучих песках – необеспеченной валюте. Все это нужно смыть, вместе с кейнсианским бредом, которому учат большинство студентов. Вообще это все странно. Чтобы доказать всем, кроме самых упертых идеологов, что марксизм был антиобщественной аферой, должна была случиться катастрофа в виде распада СССР и других социалистических государств. Возможно, в случае с Кейнсом будет нужен развал США и Западного мира. Если так, то чем раньше, тем лучше.

Л: Вместе с этим кораблем утонут многие.

Даг: Да. Весь бизнес Соединенных Штатов, их «экономика потребления», на самом деле превратились в банки и финансы. Все покупают и продают друг другу электронные призраки, производные нагромождаются на производные, и все это умножается благодаря системе фракционных резервов. Или они предоставляют услуги тем, кто это делает – за которые платят бессмысленными бухгалтерскими фикциями, которые возвращаются в банки  в качестве оплаты за огромные расходы по кредитным карты. Никто и не думает о реальном производстве ценностей. Вся система – совершенно нелепый финансовый карточный домик.

Люди забыли об основах банкинга, которые состоят в том, что банк был местом, куда вы вкладывали реальные деньги – в основном, золото. Существовали срочные вклады (сберегательные) и бессрочные (расчетные). Банки платили вам небольшую сумму, когда вы размещали вклады на некое определенное время, обычно около 3%, и зарабатывали на выдаче кредитов под 6%. И банки брали небольшую комиссию за услугу сохранения ликвидности бессрочных вкладов и выдачи денег с них в любое время вам или владельцу вашего банковского билета или чека. Так и было – банки были и должны быть не экзотичнее ломбарда.

Но больше никто не верит, что так должно быть; нет пути назад без кнопки сброса. Вот почему я думаю, что вся система должна – и так оно и будет – рухнуть.

Л: Значит, ты не веришь разговорам Бернанке о том, что они всего лишь занижают процентные ставки, чтобы стимулировать экономический рост…

Даг: Нет. Помимо факта, что оплата этого стимула увеличивает денежную базу, стимулирование роста с помощью искусственно заниженных ставок – совершенно не то, что следует делать. Оно поощряет задолженности и расходы не по средствам, чем десятилетиями и занималась вся страна. Им вообще нельзя позволять делать что-то – а Фед вообще следует ликвидировать -  кроме, пожалуй, повышения ставок с целью стимулирования сбережений. Именно так накапливается капитал, а он необходим для инвестиций в новые предприятия и технологии – не говоря уже о выживании человека.

Л: К сожалению, снижая ставки, чтобы стимулировать экономику, Бернанке просто следует рецептам популярных экономистов, так что вряд ли кто-то у власти осознает, что они идут к катастрофе.

Даг: Шансы почти равны нулю. Проблема популярной экономики, какой сейчас учат в большинстве колледжей, такова, что ее уподобляют социологии, английской литературе или гендерным исследованиям; она базируется на воздушных замках теории. Не на реальности. И не на негативных последствиях в реальном мире. Но, к сожалению, система образования, от которой мы страдаем сегодня, вероятно, также будет смыта потопом.

Л: Это напоминает мне ту часть интервью, где Бернанке спросили, сможет ли Фед контролировать инфляцию, если она начнется. Это был один из двух вопросов, на которые он ответил без колебания, сказав, что инфляция – это не проблема. В случае необходимости он мог бы поднять учетные ставки за 15 минут, и это бы подавило инфляцию. Интересно, на какой планете он живет, предполагая, что если он выбрал путь Мугабе, то простое увеличение процентных ставок восстановит покупательную способность доллара. Даже в новейшей истории США  у нас была высокая инфляция и высокие процентные ставки – мы называем это стагфляцией. Как он может этого не знать?

Даг: Это просто демонстрирует, насколько плох Бернанке как экономист. Вся наука экономика состоит в том, чтобы предвидеть, кроме мгновенных, прямых и очевидных результатов любой конкретной экономической политики, косвенные, скрытые и долговременные последствия этой политики. Если Фед войдет на рынок облигаций и скупит бумаг на триллион долларов, краткосрочным и мгновенным результатом будет снижение процентных ставок. Но косвенным и затяжным последствием увеличения количества валютных единиц на триллион станет инфляция, которая постепенно приведет к повторному росту процентных ставок, потому что люди не захотят давать в долг, пока не смогут  брать процент, позволяющий окупить потерянную покупательную способность обесценившейся валюты.

Л: Очевидное и невероятное – может быть, профессор Бернанке никогда не читал Бастиа (Bastiat)?

Даг: [Смеется] Не смеши меня. Это старомодная чушь, Лобо. Великая депрессия доказала ошибочность классической экономики, ты не в курсе? Теперь у нас новая экономика – построенная на зыбучих песках, как я говорю, и это значит, что весь карточный домик обречен.

аватар

Кейси, Даглас "Даг"

Casey, Douglas "Doug"

Американский экономист, сторонник свободного рынка, автор нескольких финансовых бестселлеров. Он является основателем и председателем компании Casey Research, которая продает финансовую и рыночную аналитику по подписке со специализацией на энергетике, металлах, горнорудном производстве и информационных технологиях. Его книга Кризисное инвестирование (Crisis Investing) стала бестселлером #1 в престижном списке New York Times в 1980 году и стала финансовым бестселлером года, продав 438,640 экземпляров. За свою следующую книгу Стратегическое инвестирование (Strategic Investing) Даг получил самый большой аванс, когда-либо заплаченный за книгу по финансам в то время. В 2009 году в своей речи под названием «Мои мытарства в третьем мире» он предложил приватизировать небольшую страну и сделать ее публичной компанией на нью-йоркской фондовой бирже.

Все статьи автора       Сайт автора

Комментарии 0

Добавить комментарий

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.