Крис Мартенсон берет интервью у Роберта Миша: свидетельство с линии фронта - мы еще очень далеки от золотого пузыря

Роберт Миш (Robert Mish) - дилер драгоценных металлов с почти 50-летним стажем и знает, как выглядит золотая мания. По его мнению, мы еще очень далеки от нее.

Напротив, он считает, что население США в основном недооценивает драгоценные металлы в качестве хранилища капитала, медленно распродавая свое золото и серебро довольным иностранным покупатели, которые более чем счастливы прибрать к рукам побольше металла.

Если измерить степень золотой мании на шкале из 10, то мы находимся на 2.

Но он также считает, что впереди нас ждет тяжелое пробуждение, когда люди, наконец, осознают степень ущерба покупательной способности мировых валют, наносимого завязшей в долгах мировой экономикой. В конце концов, средний инвестор поймет, что драгоценные металлы защищают валюту от обесценивания, но большая часть доступного предложения уже уйдет из системы в очень крепкие руки, и в основном за рубеж.

Более того, когда начнется сокращение предложения во время покупательской мании, физический металл будет труднее купить, чем во время последнего такого эпизода в 1980 году. Стало куда меньше источников обмена металла, так как значительная часть этого бизнеса ушла в сеть и продукты доставляются по почте, - весь процесс находится под угрозой нарушения цепи поставок.

Не забывайте о важности формата принадлежащих вам металлов, так как он повлияет на цену, которую вы получите во время мании, в момент, когда производственные мощности аффинажеров не будут справляться со спросом. Ваше серебро или золото будет куплено с крупной скидкой, если оно будет не правильного формата.

Как выглядит настоящая золотая мания

Телефоны звонили так интенсивно, что мы не успевали на них отвечать. Нам пришлось поставить все наши линии на ожидание, чтобы суметь обслужить наших собственных клиентов, которых мы хотели обслужить первыми.

Мы, бывало, открывались в девять утра, а на  улице уже образовывалась очередь, уходившая за угол квартала. Иногда в очереди были в основном покупатели, а иногда – продавцы. У нас часто заканчивался металл. У нас часто все заканчивалось. И мы делили очередь на две очереди. Мы сначала принимали продавцов, получали продукт и сортировали его, прежде чем впустить покупателей.

Народ тогда не был особенно разборчив, была паника. К моменту пика в январе 1980 года были люди, которые не понимали экономику свободного рынка или драгоценных металлов – они просто покупали, потому что это модно или потому что металлы должны были дорожать вечно. Это и есть основа пузыря, но сегодня большинство людей приходит, чтобы продавать.

О сегодняшнем типичном продавце

Типичный продавец сегодня – полная противоположность ситуации 30, 40 или 50 лет назад. Люди откладывали сбережения либо с помощью банковского счета, либо держали у себя несколько монеток, прятали серебряные доллары, когда возвращались из отпуска на американском Западе. Они покупали какую-нибудь интересную мебель или ювелирные изделия и помимо этого у них оставались сбережения. Сегодня у стольких домохозяйств расходы превышают доходы и столь многие выплачивают долги, что они начинают распродавать вещи, фамильные ценности, которые они так раньше ценили. Так и появляются люди, продающие Rolex, который им больше не нужен или который они не могут себе позволить, ювелирные украшения – свои или своих родителей и вообще любые семейные ценности. Монеты, собранные ими в детстве. Все это печально, потому что мы наблюдаем за распродажей нашей культуры.

Сегодняшний типичный покупатель

Ну, в Соединённых Штатах типичный покупатель – это тот, кто прошел Курс молодого бойца и изучил, что происходит с нашей страной и понимает, что ему необходимо защитить себя от грядущей инфляции и социальных последствий этой инфляции и экономики, тонущей в долгах. Большие деньги покупают, но для каждого покупателя должно быть пять продавцов и я уверен, что ситуация похожа у моих коллег по всей стране, может быть в еще большей степени. Потому что здесь у нас более обеспеченный регион и у меня все еще больше продавцов, чем покупателей.

Очень многое утекает за границу. Многие монеты, поступавшие в Америку на протяжении десятилетий, на протяжении поколений, либо благодаря тому, что у нас были деньги на их покупку, или за счет иммиграции или как военные трофеи, - все они возвращаются теперь на родину. Особенно если речь идет о странах с растущей экономикой, где люди сберегают, а не расходуют все напропалую.


Только вчера вечером у меня было двое гостей, моих коллег из Шанхая – они прилетели повидать меня, а затем улетели следующим утром. Они не могут достать достаточно монет в Китае – они скупают все, что вернулось сюда, когда китайцы не могли позволить себе купить свои собственные монеты. Монетные выставки, ранее проходившие по всей Америке, теперь проходят по всему миру. В наши дни крупные монетные шоу проходят в Сингапуре, Токио, Пекине, Гонконге. Раньше они устраивались раз в год, а сейчас - три, четыре раза в год. Большие аукционы, ранее проходившие в Соединенных Штатах, теперь организуются в Гонконге и других странах.

Так что мы наблюдаем обратное движение и это печально для американского рынка.

О важности физического металла

Крис Мартенсон (Chris Martenson): Вы упомянули аффинажные проблемы. Что это такое?

Роберт Миш: Аффинажная проблема возникает тогда, когда дилер покупает золотой и серебряный лом, а его аффинажер не может переработать его в течение нескольких недель или месяцев. Ситуация сжимает поток наличных дилера и объем возможных покупок у публики. 

Крис Мартенсон: То есть если я приду к вам с большим мешком «мусорного» серебра и это серебро на 90%, то оно всегда неплохо торговалось. Но если у нас проблема с аффинажером, то он говорит: «Я загружен на 11 недель. Смогу взять только тогда». Тем временем цены колеблются. Вы на меня посмотрите и что скажите?

Роберт Миш: Я скажу: «Г-н Мартенсон, проблемы бы не возникло, если бы пришли к нам  с чистым серебром или чем-либо готовым для обмена».

Рынок определяет средство обмена.  Если у вас серебро в странном формате – гнутые монеты, сломанные ложки или вилки, и мне надо его переработать, чтобы обратить в нормальную форму, то мне придется взять с вас скидку. И чем больше время переработки, тем больше она будет.

Крис Мартенсон: То есть у всего, что должно пройти переплавку, есть аффинажный риск. Какие самые большие скидки применялись в 1980-е?

Роберт Миш: В 80-е, когда мы были забиты на восемь недель, не у всех были налажены контакты с аффинажерами и приходилось использовать дилеров, у которых были такие отношения, мы брали около 30% за то, что серебро поступало в нетрадиционном формате.

аватар

Мартенсон, Крис

Martenson, Chris

Финансовый комментатор, независимый инвестор.

Все статьи автора

Комментарии 0

Добавить комментарий

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.