Почему мы все будем беднее

ПОВТОР!!!!

Человек – это не остров, особенно на рынках. Наша потребительская корзина включает в себя усилия сотен миллионов человек по всему миру, и наше право потреблять зависит от нашей способности продать себя сотням миллионов людей по всему миру. В течение этого века количество взрослых в богатых и продуктивных странах сократится примерно на треть. Все мы станем беднее.

На треть меньше людей будут приносить прибыли компаниям, платить налоги правительствам, покупать дома или автомобили или ездить в отпуск. Начиная примерно с 2015 года, взрослое население планеты начнет уменьшаться примерно на 2% в год. По данным Совета национальной промышленной конференции [1], с 2000 года производительность в промышленно-развитых странах (выработка на одного рабочего) возросла чуть более чем на 2%, так что 2-процентное сокращение работоспособного населения предполагает, что производительность труда в развитых странах сохранится на прежнем уровне в течение неопределенного периода времени.

Население в возрасте с  15 до 59 лет, более развитые регионы

Источник: Демографические прогнозы ООН (UN Population Prospects), при условии постоянной рождаемости

Рост в развитом мире приостановится, а правительственные доходы стагнируют как раз тогда, когда правительствам они понадобятся больше всего. В 2010 году 24% населения развитых стран составляли пожилые иждивенцы. К 2030 году этот показатель увеличится до 30%, а к 2040 году – до 42%. Потребность в государственных пенсиях и системах здравоохранения будет колоссальной, особенно в быстро стареющей Европе и Японии. Для поддержания пенсионеров существенно увеличат налоги, что означает снижение доходов после вычета налогов.

Америка – это громадное исключение из мировой тенденции.

Взрослое население в Америке, Европе и Японии (2010=100)

Источник: Демографические прогнозы ООН (UN Population Prospects), при условии постоянной рождаемости

Более высокий уровень рождаемости в Америке может быть палкой о двух концах и к тому же может не сохраниться надолго, потому что он связан с очень высокой рождаемостью среди латиноамериканских эмигрантов. К 2050 году американцы европейского происхождения будут составлять лишь половину населения. Выходцы из Латинской Америки непропорционально перемещаются из беднейших и наименее образованных общественных слоев Мексики и Центральной Америки и, возможно, не сумеют интегрироваться, как их предшественники. Но в Америке есть и другие источники демографической стабильности. Коэффициент рождаемости у евангелических христиан, составляющих около четверти американцев, составляет 2,6, что намного выше коэффициента замещения поколения.

Америка, Канада и Австралия это единственные промышленные страны, заслуживающие долгосрочных инвестиций, но демографический спад в остальном развитом мире затронет и их. Американские экспортные товары будут покупать меньше людей, также снизится число иностранных поставщиков новой продукции.

Как насчет развивающихся стран? Взрослое население Китая сократится с 915 миллионов в 2010 году всего лишь до 682 миллионов в 2050-м, то есть больше, чем на треть. Взрослое население Индии увеличится на треть, но неизвестно, какая его часть интегрируется в современный характер страны, а сколько останется в ловушке нищеты. Африка, Латинская Америка и арабский мир никогда не давали мировой экономике ничего, кроме сырья, и производительность населения – это не тот фактор, который стоит обсуждать.

Пузырь, лопнувший в 2008 году, был всеобщим заблуждением развитых стран, которые думали, что можно получать высокие прибыли, несмотря на неизбежное сокращение количества людей, способных производить эти прибыли.

Теперь, когда эта бредовая идея умерла, у граждан промышленных стран нет иного выбора, кроме принятия более низких доходов от инвестиций, сокращения правительственных выплат и более бедственного существования в целом. Единственный вопрос, занимающий обитателей здания парламента в Висконсине, равно как и палаццо Монтечиторио в Риме, - это насколько быстро правительства сократят финансирование и кого это коснется.

Кризис начался в 2008 году, когда рухнула кредитная система. Сегодняшняя долговая драма Еврозоны – это не кризис, а переговоры. Существует наглядное сравнение между кризисом муниципальной задолженности в США и государственным долговым кризисом в Европе. Самый коррумпированный город в США – просто пристанище ангелов по сравнению с любым политическим мероприятием в южной Европе.

Избиратели, они же налогоплательщики, наградили политиков полномочиями по безжалостному сокращению расходов. В Висконсине и Миннесоте, где губернаторы-республиканцы противостоят профсоюзам бюджетников, дошло до открытой конфронтации. Эта система,пусть и нерегулярно, но работает, потому что штаты и города должны привлекать финансирование за счет своих жителей, а налогоплательщики голосуют за тех, кто отвечает за налогообложение и расходы.

Занятость в государственном аппарате штатов и городов резко сокращается, и только в июне было проведено 21000 сокращений. За прошедший год американские города урезали 124000 рабочих мест в сфере образования. Объем займов в штатах и городах США в этом году снизился вполовину, а муниципальные долговые обязательства принесли больше, чем любой другой класс активов с фиксированной прибылью.

В Европе, где расходы населенных пунктов контролируют государственные правительства и бюрократы в Брюсселе, а избиратели практически не имеют отношения к бюджетам местных управлений, такой ответственности нет. Результатом стала битва между греческими получателями правительственных льгот и налогоплательщиками Германии. У местных структур нет стимула вышвыривать лодырей, потому что муниципальные зарплаты в Афинах выплачиваются не из карманов афинских налогоплательщиков. Европейские бездельники должны заглянуть в бездну, прежде чем делать то, чем заблаговременно занимались американские штаты и города.

На этом сходство кончается. У Америки достаточно налогоплательщиков, чтобы финансировать ее обязательства на всех уровнях правительства. К середине века Еврозона потеряет 30-40% своих потенциальных налогоплательщиков. И в какой-то момент сегодняшние итальянские и испанские правительственные облигации будут стоить столько же, сколько облигации, подписанные императором Ромулом Августом в 457 году нашей эры.

Сноска

1. 2011 Productivity Brief – Key Findings, The Conference Board, 2011.

аватар

Шпенглер

Spengler

Шпенглер - это псевдоним Дэвида Голдмана, автора многочисленных эссе по культурным, религиозным, экономическим и социальным вопросам. Его справедливо считают лучшим интернет-эссеистом.

Все статьи автора       Сайт автора

Комментарии 2

Добавить комментарий

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

alpet 29.12.2012 в 12:47
Забавно, у Америки достаточно налогоплательщиков, при этом внутренняя долговая пирамида исчисляется десятками триллионов долларов. Может стоило упомянуть, что промышленный сектор в США едва-ли превышает 22% в доле ВВП? Т.е. кормильцы и настоящие налогоплательщики, это действительно занятые в пром. производстве. А вот большую часть ВВП составляет сектор услуг, в особенности финансовых, консалтинговых и юридических. Если огрублять производительность, то большая часть производства финансового сектора выражается в генерации долгов, спекуляции на биржах, создании токсичных инструментов (деривативов) - источник налогов может и хороший, но с последствиями. Консалтинговые и юридические услуги получают спрос только в сравнительно здоровой экономике, где удовлетворение населения товарами и энергией хорошо организованно. Экономическая полезность сектора услуг, когда он начинает доминировать над реальной экономикой, плавно перетекает в паразитизм. Спасение банкиров за счет всех налогоплательщиков в 2008 году этому самый яркий пример. На каждый доллар произведенный финансистами, уже сейчас вполне может быть приходится десять или сто долларов отложенных потерь. Как-то странно при такой математике было-бы рассуждать о росте производительности труда на 1% с 2001 года, если в сумме целого общества эта производительность загоняется в отрицательную зону. Это наблюдается каждый день четко и ясно, США стали планово-убыточной страной проедающей 30% мировых ресурсов без заметных компенсаций остальным странам (кроме рискованных долговых обязательств). Конечно в отдельно взятом секторе пром-производства или сельского хозяйства, производительность растет бешеными темпами: умнеет на глазах автоматика безлюдных цехов, внедряются ГМО продукты и беспилотные трактора. Логическим итогом этого экспоненциального роста должна быть чудовищная безработица, ибо если каждый человек произведет товаров на тысячу потребителей, 999 потребителей уже не могут претендовать на его рабочее место априори. С другой стороны реальный сектор уже давно стал Моськой на фоне жирного слона сектора услуг, причем не только в США. Потребителей выкинутых из производства прогрессом, надо постоянно пристраивать в сектор услуг, да ещё дешевыми кредитами подслащивать жизнь, иначе вся система общества потребления накроется медным тазом мгновенно. Несколько лет назад система однозначно стала нежизнеспособной, и только политики с горе-экономистами пытаются ездить по ушам, что её квадратные колеса ещё можно починить - нужно лишь время и бесконечное залезание в долги.
Олег 08.06.2015 в 01:23
Что то тикающий перед моими глазами счетчик долгов америки не позволяет мне согласиться с автором)